Садизм

По материалам книги Е. В. Емельяновой «Кризис в созависимых отношениях».

Главное в садистских наклонностях — это стремление к абсолютной власти. Привычное понимание садизма как причинение физических страданий кому-либо — всего лишь один из способов достижения этой власти. Чтобы стать абсолютным повелителем, необходимо другого человека сделать абсолютно беспомощным, покорным, то есть превратить в свою живую вещь, сломив его дух. Достигается это посредством унижения и порабощения.
Существует три способа достижения абсолютной власти.
Первый способ — поставить других людей в зависимость от себя и приобрести полную и неограниченную власть над ними, позволяющую их «лепить как глину», внушая: «Я твой создатель», «Ты станешь таким, каким я хочу тебя видеть», «Ты — тот, кто создан мной, ты есть детище моего таланта, моих трудов. Без меня ты никто».
Второй способ — не только иметь абсолютную власть над другими, но и эксплуатировать их, использовать. Это стремление может относиться не только к материальному миру, но и к моральным качествам, которыми обладает другой человек.
Третий способ — причинять другим людям страдания и смотреть, как они мучаются. Страдание может быть и физическим, но чаще речь идет о причинении душевных страданий. Нет большей власти над человеком, чем власть причинять боль и страдания тому, кто не в состоянии себя защитить.
Карен Хорни перечисляет типичные садистские установки, по наличию которых можно определить, что в человеке в той или иной мере присутствуют садистские наклонности. Здесь мы приводим их краткий обзор.
1.»Воспитание» жертвы. Человек садистского типа хочет порабощения других людей. Ему нужен партнер, не имеющий своих желаний, чувств, целей и какой-либо инициативы. Соответственно, у него не может быть претензий по отношению к своему «хозяину». Взаимоотношения такого «хозяина» и его жертвы сводятся, по сути, к «воспитанию»: «Твои родители не позаботились о твоем настоящем воспитании. Они тебя баловали, распускали. Теперь я буду воспитывать тебя правильно». Отношения с собственным ребенком строятся еще более жестко — он абсолютный раб. Иногда ему позволяется радоваться, но только тогда, когда источником радости является сам «властитель». «Воспитание», будь то партнер или ребенок, проходит по принципу «чем больше критики, тем лучше». Похвалить — означает дать почувствовать другому, что он чем-то приблизился к «повелителю». Поэтому похвала полностью исключена из воспитательных мер. Даже если такое случается, то затем следует еще более уничижающая критика, чтобы жертва не вообразила, будто она на самом деле чего-то стоит.
Чем более наделен подчиненный человек какими-либо ценными качествами, чем очевиднее они, тем более жесткой будет критика. Садист всегда чувствует, в чем именно не уверена его жертва, что именно ей особенно дорого. Поэтому критике подвергаются как раз эти свойства, особенности, умения и черты.
Действительно, садист вовсе не озабочен судьбой другого. Да и своя судьба не настолько ему дорога, как ощущение власти. «Он будет пренебрегать своей карьерой, отказываться от удовольствий или многообразных встреч с другими людьми, но не допустит ни малейшего проявления независимости своего партнера»
2. Игра на чувствах жертвы. Что может свидетельствовать о власти больше, чем возможность влиять на чувства, то есть на глубокие процессы, которыми и сам человек не всегда может управлять? Люди садистского типа чрезвычайно чутки в отношении реакции партнера и потому стремятся вызвать те, которые хотят видеть в данный момент. Они способны своими действиями породить бурную радость или погрузить в отчаяние, вызвать эротические желания или охлаждение. Такой человек знает, как добиться подобных реакций, и наслаждается своей властью. При этом он бдительно следит, чтобы его партнер испытывал именно те реакции, которые он вызывает. Недопустимо, чтобы партнер испытывал удовольствие или радость от действий других людей. Это своеволие будет немедленно пресечено: либо источник радости будет опорочен тем или иным способом, либо партнеру будет уже не до радости, потому что его постараются ввергнуть в пучину страданий.
Впрочем, и страдать из-за других людей или по собственной инициативе недопустимо. Если такое случится, то садист постарается, чтобы новые страдания, вызванные им самим, отвлекли его жертву от «посторонних» чувств. Хотя садист вполне может и утешить жертву, страдающую по «постороннему» поводу. Причем, он не пожалеет ни сил, ни средств для этого. И в большинстве случаев он добьется своего: человек с благодарностью примет его помощь и, возможно, почувствовав такую мощную поддержку, перестанет страдать. Но и в этом тоже садист будет видеть проявление своей абсолютной власти. Ведь ему нужны не столько сами страдания, ему нужно властвовать над душой человека.
Чаще всего подобная игра с чувствами происходит бессознательно. Человек с садистскими наклонностями чувствует непреодолимое раздражение или непреодолимое желание вести себя так или иначе. Вряд ли он сам смог бы объяснить истинную причину своих чувств и поступков. Скорее всего, он просто их рационализирует. Впрочем, как говорила К. Хорни, любой невротик краем сознания догадывается о том, что он делает на самом деле. Догадывается, но не может отказаться от деструктивного стиля поведения, поскольку Другой ему неведом или кажется слишком опасным.
3. Эксплуатация жертвы. Сама по себе эксплуатация может быть не связана с садистскими наклонностями, а совершаться только ради выгоды. В садистской же эксплуатации самая главная выгода — это ощущение власти, независимо от того, присутствует ли при этом какой-либо иной выигрыш.
Требования к партнеру постоянно возрастают, но что бы он ни делал, как бы ни старался, он не добьется благодарности. Мало того, любые его старания будут раскритикованы, и ему будут предъявлены обвинения в плохом обращении. Разумеется, такое «плохое» обращение партнер должен искупить еще большим старанием угодить. И, конечно же, это ему никогда не удастся. Самое главное для садиста — это показать партнеру, что он никогда не будет достоин его. А то, что лежит еще глубже — это отчаянное желание, чтобы партнер наполнил его жизнь всем необходимым (удовлетворение основных потребностей, обеспечение карьеры, получение любви и заботы, безграничной преданности и безграничного терпения, сексуального удовлетворения, комфорта, престижа и т. п.), потому что сам садист не чувствует себя способным на это. Но как раз последнее тщательно скрыто и от партнера, и от самого себя. Садист видит только один путь получения удовлетворения от жизни посредством партнера — это абсолютное владение им не ради него самого, а как средством достижения необходимого.
4. Фрустрирование жертвы. Еще одна характерная особенность — стремление разрушать планы, надежды, препятствовать осуществлению желаний других людей. Главное для человека с садистскими наклонностями — во всем действовать наперекор другим: убивать их радость и разочаровывать в их надеждах. Он готов причинить вред себе, лишь бы не допустить ликования партнера при достижении успеха. Он сорвет удачу партнера, даже если она выгодна и ему самому. Все, что доставляет удовольствие другому человеку, должно быть немедленно устранено. «Если партнер с нетерпением ждет встречи с ним, он склонен быть угрюмым. Если партнер хочет половой близости, он будет холоден. Для этого ему даже ничего не требуется делать специально. Он действует угнетающе просто тем, что излучает мрачное настроение». Если же кому-то нравится сам процесс труда, то в него немедленно вносится нечто, что сделает его неприятным.
5. Третирование и унижение жертвы. Человек садистского типа всегда чувствует наиболее чувствительные струны других людей. Он быстро отмечает недостатки. Но самое главное, он видит, какие из них наиболее болезненны или крайне тщательно скрываются их носителем. Именно они и подвергаются наиболее жесткой и болезненной критике. Но и те качества, которые садист тайно признает как положительные, будут немедленно обесценены для того, чтобы партнер:
а) не смел равняться с ним в достоинствах;
б) не смог стать лучше ни в своих, ни в его глазах.
Например, открытый человек будет обвинен в хитрости, лживости и манипулятивном поведении; человек, умеющий отстраненно анализировать ситуацию, окажется бездушным и механистичным эгоистом и т. д.
Садист часто проецирует собственные недостатки и возводит напраслину на других людей. Например, расстроенному его же действиями человеку он может сочувственно высказать опасения по поводу эмоциональной неустойчивости и порекомендовать обратиться к врачу.
Человек с садистскими наклонностями всегда передает ответственность за свои поступки партнеру-жертве: это он «доводит», «вынуждает» действовать жестко; если бы не партнер, то садист мог бы выглядеть белым и пушистым. Садист верит в эти объяснения, и у него появляется еще один повод наказывать жертву — за то, что из-за провоцирующего поведения партнера садист не может выглядеть спокойным и уравновешенным, добрым, достойным восхищения. Ему приходится брать на себя грязную работу по установлению справедливости и перевоспитанию партнера.
6. Мстительность. Человек с садистскими наклонностями на уровне сознания уверен в своей непогрешимости. Но все его отношения с людьми строятся на основании проекций. Он видит других людей именно такими, каким он считает самого себя. Однако приписываемое им резко отрицательное отношение к себе, ощущение себя абсолютным ничтожеством полностью вытеснено из сознания. Агрессивные чувства в сочетании с презрением к себе просто не дали бы подобному человеку выжить. Поэтому-то он и видит только то, что его окружают люди, достойные презрения, но при этом еще враждебные, готовые в любую минуту унизить его, лишить воли, отнять все. Единственное, что может защитить его, — это собственная сила, решительность и абсолютная власть.
Вот почему садист лишен всякого сочувствия. Люди вокруг достойны только презрения и наказания. Предвосхитить возможную агрессию — цель садиста. А в том, что любой человек вынашивает враждебные цели, садист уверен. Поэтому ему необходимо мстить. Собственная мстительность лишь незначительно касается сознания садиста. То, что он делает, кажется ему единственно верным путем достижения справедливости.
На пути человека с садистскими наклонностями встречается немало людей, которые противостоят его стремлению к абсолютной власти. Они проявляют свою независимость, самостоятельность. Они могут быть смелыми или же освобождаться от власти садиста манипулятивным путем. Неподчинение приводит садиста в ярость. За этой яростью стоит мощнейший страх: отпустить «на волю» такого человека — все равно что признать себя побежденным. Но тогда это будет означать, что он не абсолютный властитель, что им тоже можно манипулировать, унижать, втаптывать в грязь. И это настолько знакомо, настолько непереносимо, что садист способен на отчаянные шаги мести.
Таковы основные черты человека с садистскими наклонностями. К этому надо добавить, что любые проявления садизма сопровождаются эмоциональным «раскручиванием» ситуации. Нервные встряски обязательны для садиста. Жажда нервного возбуждения и волнения заставляет его делать «истории» из самых обычных ситуаций. «Уравновешенный человек не нуждается в нервных встрясках такого рода. Чем более зрелый человек, тем менее он к ним стремится. Но эмоциональная жизнь человека садистского типа пуста. У него задушены почти все чувства, кроме гнева и триумфа. Он настолько мертв, что нуждается в сильнодействующих средствах, чтобы почувствовать себя живым». Лишаясь власти над людьми, он чувствует себя жалким и беспомощным.
Люди с садистскими наклонностями совсем не редкость в нашем обществе. Описанные черты могут выглядеть устрашающе, но такое прямое и резкое их выражение можно увидеть только при сильной невротизации. В большинстве же случаев садистские наклонности завуалированы в соответствии с типом человека.
Уступчивый тип порабощает партнера под маской любви. Он прикрывается беспомощностью, болезнью, вынуждая партнера делать все за него. Поскольку он не выносит одиночества, партнер должен быть все время с ним. Свои упреки он выражает косвенно, демонстрируя, как люди заставляют его страдать.
Агрессивный тип выражает свои наклонности открыто. Он демонстрирует недовольство, презрение и свои требования, но при этом считает свое поведение полностью оправданным. Отчужденный человек не проявляет свои садистские наклонности открыто. Он лишает других покоя своей готовностью уйти, делая вид, что они стесняют или беспокоят его, и получая тайное наслаждение от того, что из-за него они ставят себя в глупое положение.
Но возможны и такие случаи, когда садистские импульсы совершенно не осознаются. Они оказываются полностью скрытыми наслоениями сверхдоброты и сверхзаботливости.
К. Хорни дает следующее описание «скрытого садизма»: «Он приложит все силы, чтобы только не допустить ничего, что могло бы оскорбить их чувства. Он будет интуитивно находить слова, чтобы сказать что-либо приятное, например, одобрительное замечание, которое поднимет уверенность в себе. Он склонен автоматически во всем винить себя. Если он должен сделать критическое замечание, он сделает в максимально возможной мягкой форме. Даже если его явно оскорбляют, он выскажет свое «понимание» состояния человека. Но в то же время он остается сверхчувствительным к унижению и мучительно от этого страдает. Он будет избегать всего, что напоминает самоутверждение, агрессию или враждебные проявления. Он может впасть в крайность, противоположную порабощению других людей, и быть неспособным отдать никакое распоряжение. Он сверхосторожен в оказании влияния или высказывании совета. Но у него начинаются головные боли, или рези в желудке, или еще какой-нибудь болезненный симптом, когда дела идут не так, как он хочет. У него развиваются самоуничижительные наклонности, он не осмеливается выразить никакое желание, он склонен считать ожидания или требования других людей более оправданными и важными, чем свои. Но в то же время он презирает себя за ненапористость. И когда его начинают эксплуатировать, он оказывается в тисках неразрешимого внутреннего конфликта и может отреагировать депрессией или другим болезненным симптомом.
Садистская игра на чувствах при глубоком вытеснении и запрете уступает место ощущению, что человек бессилен кого-либо привлечь к себе. Он может быть просто уверен в том, что он непривлекателен для противоположного пола, вопреки веским свидетельствам обратного.
Возникающая в результате картина личности обманчива и с трудом поддается оценке. Ее сходство с уступчивым типом, склонным к стремлению к любви, самоуничижению, мазохизму поразительно…
…Однако в этой картине имеются определенные элементы, которые опытному наблюдателю укажут на наличие садистских наклонностей.
Обычно имеется заметное, хотя и бессознательное презрение к другим людям, внешне приписываемое их не очень высоким моральным принципам.
Один и тот же человек может мириться с направленным на него садистским поведением, проявляя явно безграничное терпение, а в другое время обнаружит крайнюю чувствительность к малейшему признаку давления, эксплуатации и унижения.
Такой человек в каждой мелочи усматривает для себя обиду и оскорбление.
Поскольку его выводит из себя собственная слабость, его действительно часто привлекают к себе люди открыто садистского типа, вызывая у него одновременно и восхищение, и отвращение, так же как и те, в свою очередь, чувствуя в нем добровольную жертву, тянутся к нему. Так он попадает в ситуацию эксплуатации, пресекания надежд и унижения. Однако он не получает от дурного обращения никакого удовольствия, а страдает от него. Это дает ему возможность переживать собственные садистские импульсы с помощью кого-то другого, избегая необходимости смотреть в лицо собственному садизму. Он может чувствовать себя невинным и жертвой, но в то же время надеяться на то, что когда-нибудь возьмет верх над партнером-садистом и испытает торжество победы над ним. А пока он тихо и незаметно провоцирует ситуации, в которых его партнер выглядит не лучшим образом».
Что же способствует развитию садистских наклонностей?
Садистский характер может передаваться как модель жизни от матери или от отца, если они обладали садистскими наклонностями, или сложиться в процессе воспитания. Но в любом случае — это результат глубокого душевного одиночества и чувства неуверенности в мире, который воспринимается как враждебный и опасный.
Условия, создающие предпосылки к развитию садистских наклонностей:
1. Ощущение эмоциональной покинутости, рождающейся у ребенка в самом раннем возрасте. Неважно, каковы причины, по которым родители не смогли обеспечить ребенку чувство эмоциональной причастности. Они могли много работать или много болеть, или находиться в заключении, или просто быть отчужденными по отношению к ребенку. Однако самого по себе ощущения покинутости недостаточно для развития склонности к садистским наклонностям. Для этого нужна вторая составляющая — оскорбления и проявления жестокости по отношению к ребенку.
2. Эмоциональное или физическое оскорбление, наказание или надругательство. Причем наказание должно быть значительно более суровым, нежели того заслуживает ребенок за совершенные им проступки. Подобное наказание больше походит на расправу. Иногда ребенка наказывают за то, чего он не совершал, а иногда и без повода — просто под руку попался. Наказание может носить физический характер, но часто это бывают изощренные издевательства и унижения, нацеленные на причинение душевной боли.
3. Психические отклонения кого-либо из родителей, в результате которых ребенок получает оба компонента: эмоциональную покинутость и жестокое обращение.
4. Алкоголизм и наркотическая зависимость родителей, чье поведение в состоянии наркотического опьянения часто носит характер немотивированной агрессии.
5. Атмосфера непредсказуемости, невозможности понять, за что можно получить наказание и как этого избежать.
6. Эмоциональная неуравновешенность родителей. За один и тот же поступок ребенок в одном случае может быть жестоко наказан, в другом случае вызвать прилив нежности и умиления, в третьем — равнодушие.
Родительские посылы:
«Ты — никто и ничто. Ты — моя собственность, на которую я обращаю внимание, когда хочу, и не интересуюсь, когда она мне не нужна».
«Ты — моя собственность, и я делаю с тобой все, что хочу».
«Я тебя породил, я имею право на твою жизнь». О «Твое дело не понимать, а подчиняться».
«Ты тот, кто во всем виноват».
Выводы ребенка:
«Я настолько плох, что меня невозможно любить».
«Я такой плохой, что должен быть наказан, чтобы я ни делал».
«Я не могу контролировать свою жизнь. Жизнь опасна и непредсказуема».
«Единственное, что я могу точно предсказать, это то, что наказание неминуемо. Это — единственная постоянная вещь в жизни».
«На меня обращают внимание только тогда, когда хотят наказать. Совершать поступки, за которые наказывают — единственный способ обратить на себя внимание».
«Люди, окружающие меня — источник опасности».
«Люди не стоят уважения и любви».
«Меня наказывают, и я могу наказывать».
«Для оскорблений, унижений и надругательств не нужны специальные причины».
«Чтобы выжить, надо бороться».
«Чтобы выжить, надо контролировать действия, мысли и чувства других людей».
«Чтобы выжить, надо заставить бояться себя».
«Чтобы избежать боли и агрессии от других, надо опередить их, чтобы они боялись меня».
«Надо заставить других людей подчиняться мне, тогда они не смогут причинить мне страдания».
«Насилие — единственный способ существования».
«Я хорошо понимаю состояние людей, только когда они страдают. Если я заставлю других страдать, они станут мне понятны».
«Жизнь стоит дешево».
Конечно, такие выводы делаются бессознательно и не на языке логики, а скорее на уровне чувств, ощущений. Но они начинают воздействовать на жизнь человека, как заложенная программа.
Результаты:
— Нарушенное представление о связи причины и следствия.
— Высокая тревожность.
— Проецирование негативного самоотношения на окружающих.
— Импульсивность, неспособность управлять своими поступками.
— Эмоциональная нестабильность.
— Отсутствие твердых установок, принципов.
— Стремление к доминированию и тотальному контролю.
— Сочетание высокой сознательной оценки (и даже сверхкомпенсаторной переоценки) себя и глубокого бессознательного негативного отношения к себе.
— Высокая чувствительность к душевной боли.
— Обидчивость.
— Мстительность.
— Агрессивность, склонность к совершению насилия.
— Стремление к «поглощению» значимого Другого через жесткое принуждение.
— Потребность причинять страдания близким людям, чтобы получить свидетельства своей значимости для них.
— Бессознательное стремление «лепить» из других людей представление о недостижимом собственном Идеальном Я.
— Склонность к различным злоупотреблениям — наркотикам, алкоголю, сексу, азартным играм, кутежам, которые используются как средство снижения постоянной тревожности.
— Тенденция создавать созависимые отношения.
— Склонность к саморазрушительному образу жизни.
Необходимо отметить, что на подсознательном уровне склонность к насилию присутствует в каждом человеке. В этом нет ничего противоестественного. У подавляющего большинства людей эта подсознательная готовность к разрушению мирно дремлет до тех пор, пока ее не разбудят какие-либо экстремальные условия. Ярким примером тому могут служить многочисленные случаи появления садистских наклонностей у бывших участников военных действий.*
Наиболее подходящим для человека с садистскими наклонностями будет, по всей видимости, самоуничижающийся партнер. Такие пары действительно встречаются, и при таком сочетании отношения, которые строятся ими, принимают поистине страшные формы.
Дело в том, что для удовлетворения садистских наклонностей недостаточно прямого и полного подчинения. Именно достигая подобного поведения партнера, садист теряет к нему всякий интерес. Для него важен сам процесс разрушения любой самостоятельности, любого проявления независимости и суверенности личности. Ведь именно в этом процессе он проверяет и подтверждает свою абсолютную власть и свою способность влиять на чувства и мысли другого. Только душевные страдания человека, отстаивавшего свое стремление к свободе и самоопределению, но уже подавленного и побежденного, рождают в садисте необыкновенный прилив энергии и чувство своей абсолютной власти. Он испытывает удовольствие и удовлетворение, которое может быть сравнимо только с удовольствием оргазма. При этом он переживает нежность к побежденному человеку как к источнику подобного удовлетворения. Кстати, бурный, наполненный сильными ощущениями половой акт часто является заключительным действием после очередного процесса подавления. Именно страстные переживания любви после страдания являются тем «крючком», на котором прочно и долго держится привязанность его жертв.
Однако самоуничижающийся человек не оказывает должного сопротивления садисту, и процесс подавления не приносит нужного удовлетворения. Чтобы получить его, агрессивно доминирующий партнер увеличивает силу своего давления и неудовлетворенный психологической борьбой переходит к мерам физического насилия. ** Любой, даже самоуничижающийся, человек стремится сохранить целостность своего тела и саму жизнь, поэтому он невольно начинает сопротивляться. А это как раз то, что и нужно его властителю. Таким образом, стремление уступать и подчиняться приводит к увеличению страданий, с одной стороны, и к чрезвычайно опасным формам воздействия — с другой.
И тем не менее взаимодействие с самоуничижающимся человеком — лишь частный случай партнерства с садистом. В зависимости от степени развития комплекса садист может действовать как прямой агрессор и как мягкий, заботливый человек, достигая своих целей окольным путем.
В сущности, любой способ строить созависимые отношения, доведенный до крайности, сводится к тому, что психологическая территория партнера оккупируется, а партнер опустошается и подчиняется (если, конечно, он не покидает оккупанта на более ранних этапах отношений). Соответственно и отношения он может строить с людьми, совсем не склонными самоуничижаться. Тем большее удовлетворение он может достигать, преуспевая в своих целях.
Так что садиста больше привлекают люди наполненные, имеющие живую и упругую оболочку Я, которую и необходимо сломать. Однако достаточно долго находиться в близких отношениях с подобным человеком могут только люди, чье Я надломлено, и которые могут обращение с собой садиста хотя бы отчасти признать соответствующим тому, что они сами о себе думают. И в этом противоречии скрывается причина постоянной неудовлетворенности садиста отношениями любви и его потребность находить новые жертвы.
Тем не менее человек садистского типа не хочет погубить того человека, к которому он привязан. Ему нужен принадлежащий ему партнер, поскольку его ощущение собственной силы основано только на том, что он является чьим-то владыкой. Поэтому, как только он понимает, что жертва готова «сорваться с крючка» и близка к тому, чтобы покинуть его, он отступает, и выражает своей жертве свою любовь и заботу, стараясь этим как можно крепче привязать ее к себе. Мучитель зависим от своей жертвы, хотя эта зависимость может быть совершенно неосознанной. Например, муж может самым садистским образом издеваться над своей женой и при этом ежедневно повторять ей, что она может уйти в любой момент, что он будет только рад этому. Если же она действительно соберется покинуть его, он будет в отчаянии,подавленности и начнет умолять ее остаться, пытаясь убедить, что не может жить без нее. Но стоит ей остаться, игра начнется сначала, и так без конца.
Во многих тысячах личных взаимоотношений этот цикл повторяется снова и снова. Садист покупает нужного ему человека подарками, похвалами, уверениями в любви, блеском и остроумием в разговорах, демонстрацией своей заботы. Он может дать ему все, кроме одного: права на свободу и независимость.
Очень часто такие отношения наблюдаются между родителями и детьми. Здесь отношения господства и собственничества выступают, как правило, под видом заботы и стремления родителей защитить своего ребенка. Он может иметь все, что хочет, но лишь при том условии, что не захочет выбраться из клетки. В результате у выросшего ребенка часто развивается глубокий страх перед любовью, потому что для него любовь означает рабскую неволю.
Человек с садистскими наклонностями бдительно следит за тем, чтобы его жертва боялась покинуть его. Он внушает ей мысль о своей сверхзначимости для нее во всех сферах жизни, говорит о том, что все его действия нацелены на заботу о ней (здесь местоимения «он» и «она» имеют отношение к мучителю и жертве, роли которых в равной степе¬ни могут играть и мужчины, и женщины).
Мы уже говорили, что терпеть достаточно долго подобные отношения может только человек, который боится быть покинутым или чувствует себя беспомощным. Таким образом, взаимная зависимость возникает на основе предрасполагающей готовности строить созависимые отношения обоих партнеров. Дальнейший же деформирующий характер их взаимодействия только усугубляет эту склонность.
___________________________________________________________________________
Добавлю немного.
* После отношений с насилием (абьюз) переработка травмы необходима, так как абьюз является той самой экстремальной ситуацией, которая у измученной жертвы пробуждает агрессивные импульсы: в абьюзе выполняются два условия, которые способствуют развитию садизма — а) глубочайщая эмоциональная фрустрация б) сопровождающаяся проявлением жестокости по отношению к жертве. Это не равно, что садизм разовьется. Развиваются — эмоциональная глухота, вспышки плохо контролируемой агрессии, замораживаются чувства. Абьюз выжигает внутри человека все самое светлое и теплое. И требуется помощь и время.
** Очень важное наблюдение сделала автор книги! Чем меньше сопротивление жертвы, тем более жестокое насилие к ней применяют. Поэтому позиция «самадуравиновата» (плохо обслуживала, не так одевалась, не вдохновляла, растолстела, родила ребенка и т.п.) — это позиция абсолютно безграмотная. Если человек садист, то как бы не вел себя партнер по отношениям — насилие будет только усиливаться. Не пропускайте и не прощайте в свой адрес психологического насилия. Уходите из таких отношений. Переход к физическому насилию всего лишь вопрос времени. И тогда мы уткнемся в другое клише — «почему не ушла?»
Таким образом, стремление уступать и подчиняться приводит к увеличению страданий, с одной стороны, и к чрезвычайно опасным формам воздействия — с другой. (с)
Берегите себя!

Садист

Смотреть что такое «Садист» в других словарях:

  • садист — а, м. sadiste m. Человек, одержимый садизмом. БАС 1. Жил на свете анархист, Красил бороду и щеки, Ездил к немке в Териоки, И при этом был садист. 1910. С. Черный Анархист. Бог, создавший мир с человеческой свободной волей, был мазохистом. И… … Исторический словарь галлицизмов русского языка

  • садист — живодер, садюжник, зверь, зверюга, изувер, изверг Словарь русских синонимов. садист сущ., кол во синонимов: 8 • живодер (37) • … Словарь синонимов

  • САДИСТ — САДИСТ, садиста, муж. (книжн., мед.). Одержимый садизмом. Толковый словарь Ушакова. Д.Н. Ушаков. 1935 1940 … Толковый словарь Ушакова

  • САДИСТ — САДИСТ, а, муж. Человек, одержимый садизмом. | жен. садистка, и. | прил. садистский, ая, ое. Толковый словарь Ожегова. С.И. Ожегов, Н.Ю. Шведова. 1949 1992 … Толковый словарь Ожегова

  • садист — смеюсь, а душа и сердце тоскуют татуир … Словарь сокращений и аббревиатур

  • садист — САДИСТ, а, м Человек, одержимый страстью к жестокостям, истязаниям, получающий наслаждение от чужих страданий, боли. // ж садистка, и, мн род. ток, дат. ткам. Капитан Беляев был энергичный садист, и вполне в его духе было подстроить все это… … Толковый словарь русских существительных

  • Садист — м. Тот, кто одержим садизмом. Толковый словарь Ефремовой. Т. Ф. Ефремова. 2000 … Современный толковый словарь русского языка Ефремовой

  • садист — садист, садисты, садиста, садистов, садисту, садистам, садиста, садистов, садистом, садистами, садисте, садистах (Источник: «Полная акцентуированная парадигма по А. А. Зализняку») … Формы слов

  • садист — сад ист, а … Русский орфографический словарь

  • садист — (2 м); мн. сади/сты, Р. сади/стов … Орфографический словарь русского языка

Психология садизма: причины и разновидности

Садизм – крайняя жестокость, агрессивность характера, при которой человек совершает агрессию и насилие не столько для того, чтобы добиваться каких-то целей, сколько как самоцель, как средство получения функционального наслаждения. Следовательно, садист – это такой человек, который получает удовольствие от того, что причиняет страдание другому человеку. И поскольку агрессия является источником удовольствия для такого человека, садист стремится причинить страдания другим людям, обесценивая и дискредитируя их, лишая их достоинства и гордости.

Еще французский исследователь П. Бове в начале 1920-х годов показал, что жестокость, которая независима от инстинкта драчливости, основывается на эгоистической потребности самосохранения. Отличающийся такой жестокостью человек избегает страдания и старается переложить его на другого, того, кто вызвал в нем страх.

Садизм, как потребность причинить страдания другому человеку и наслаждаться этим долгое время, считался сексуальным нарушением, принадлежащим к области психопатологии.

Однако расширение исследований этого явления показало, что садизм является общечеловеческим феноменом и должен изучаться в рамках психологии нормального человека. И в этом случае различие между нормой и патологией – скорее в степени, чем в качестве. Источником жестокости П. Бове считал инстинкт драчливости. Этот инстинкт как бы заставляет человека совершать агрессивные действия и наслаждаться созерцанием чужого страдания.

Эрих Фромм перечислил основные особенности садизма:

  • Страсть к приобретению абсолютной власти над живыми существами, стремление унижать, оскорблять их, превращая их в «вещь», собственность, а самому стать для них богом. Иногда садист действует в пользу другого, способствует его развитию, лишь бы иметь над ним власть. Но обычно садизм является недоброжелательным, оскорбляющим, издевательским. Римские императоры Калигула и Нерон, из наших современников – Гитлер, Сталин и многие другие большие и маленькие лидеры были садистами. Здесь достойно внимания то, что Э. Фромм прямо связывает садизм с властолюбием и применением власти.

  • Садизм является образом жизни, способом решения проблем существования, экзистенциальных задач.

  • Садизм приводит к изоляции человека от других, нередко это путь в безумие, поскольку абсолютная власть невозможна. Цели садистической установки недостижимы, и человек сходит с ума, оставаясь без близких людей.

  • Когда такие крайние садисты добиваются успехов, становятся полководцами или государственными деятелями, люди прославляют их как героев. А когда они терпят поражение, их объявляют преступниками и сумасшедшими.

  • Каждый даже скромный член общества имеет влияние над кем-либо, а, следовательно, и некоторую возможность проявлять садизм.

Садизм создает иллюзию всесилия: многим людям, особенно тем, кому не удалось жить продуктивной жизнью, кажется, будто садисты преодолевают ограниченность пределов человеческих возможностей. О Наполеоне говорили, что он «раздвинул границы славы». Но при этом не замечают, что мотивация садизма – низкого уровня, в ней нет сублимации. Потребности многих садистов тривиальны. Это люди, которые сумели преобразовать свое чувство бессилия в чувство всемогущества. Э. Фромм назвал садизм «религией психологических калек».

Крайние случаи садизма встречаются сравнительно редко. У каждого человека садистические и другие, так называемые «жизнеутверждающие» тенденции сбалансированы так, что ограничивают совершение жестоких действий. Поскольку садисты желают установить свою власть над людьми, им нужны подчиненные. Поэтому они сохраняют жизнь этих людей или части из них. Этим садист отличается от «простого разрушителя», который стремится уничтожить все живое.

Садист не любит сражаться с сильным противником. Его жестокие действия стимулируются тогда, когда он встречает слабых людей и животных. Он не любит соперничать с равными противниками, так как в этом взаимодействии не может переживать чувства превосходства и обладания властью над другим. Садист восхищается теми людьми, которые добились власти, уважает и даже любит их, а вот слабых презирает и желает подчинить своему контролю.

Садист, согласно Э. Фромму, боится всего нового и непредвиденного. Но поскольку «жизнь структурирована, но непредвидима и неупорядочена», он боится жизни.

Для садиста в жизни достоверна только смерть. Он не способен любить. Чтобы быть способным любить другого, человек должен, по теории Фромма, уметь любить себя и вызывать в других любовь к себе. Но при этом всегда имеется риск получить отказ и отпор. Возможность неудачи пугает садиста. Он может любить кого-либо только тогда, когда властвует над ним.

Садист – это одновременно ксенофоб и неофоб. Поскольку все чужаки являются новыми людьми, он их боится. Он подозрителен и тревожен, он не способен на спонтанные реакции на новизну.

Наконец, садист имеет характер подчиненного и трусливого человека. Он ощущает себя бессильным и стремится к власти, чтобы, образно говоря, из насекомого превратиться в бога. Но даже имея власть, он страдает от бессилия. Убивая людей, он еще больше лишается любви близких людей, становится изолированным и испуганным, ощущая потребность во внешней силе, которой можно было бы подчиниться. Гитлер подчинился Судьбе, а его сановники – своему фюреру.

Садизм в умеренных формах распространен во всех обществах и может считаться нормальной реакцией на фрустрацию. Четкую границу между нормальной и патологической формами садизма трудно провести. В психопатологии садизм по традиции, идущей от Р. Крафт-Эбинга, связывается с сексом. Однако более правильно, указать на двойственную мотивацию садистических действий:

  • они обусловлены сексуальным влечением и фрустрацией этого влечения;

  • но они обусловлены также влечением к господству, доминированию, стремлением к высоким социальным статусам.

В каждом конкретном случае одна из этих мотиваций становится преобладающей. Но в значительном числе случаев сексуальные и лидерские мотивы садизма выступают в тесном союзе.

Поскольку речь идет об истоках садизма как крайней формы жестокости человека, можно предположить, что садизм как черта или комплекс характера формируется благодаря многократному совершению агрессивных действий, которые поощряются. Жестоким делает человека также постоянное подавление возникающего в нем, как следствие многих фрустраций, желания совершить агрессивные действия

Условия появления садизма

Условия и закономерности формирования характера человека очень сложны, поскольку, по всей видимости, нет прямой связи между обществом и типами характеров. Для каждого индивида совокупность социальных стимулов, а также его ответов на эти воздействия, уникальны. И видно, что в разных обществах формируются сходные типы индивидуальных характеров. Садисты были всегда и повсюду, во все времена и во всех типах обществ.

Но в качестве общего условия формирования садистического характера Э. Фромм указал на такое явление, как власть одних людей над другими. По его мнению, если будет ликвидирована эксплуатация одних людей, групп и классов со стороны других, садизм исчезнет и садистами будут лишь отдельные больные люди.

Там, где существуют отношения эксплуатации – подчинения, с необходимостью возникнут тенденции уменьшения независимости, критического мышления и продуктивности подчиненных. Хотя людям предлагаются всевозможные развлечения, они не приносят им подлинной радости. В таких обществах средний гражданин имеет средний же уровень или, как предпочитает сказать Фромм, «среднюю дозу» садизма.

Садизм в индивидах усиливается под влиянием страха, террористического, то есть не ограниченного рамками закона, наказания, агрессивного произвола. Страх перед таким наказанием может с детских лет стать основным эмоциональным фоном жизни человека. Под влиянием этого постоянного переживания чувство целостности личности, если оно успело формироваться, разлагается. Снижается уровень ее самоуважения. Постоянно отказываясь от своей свободы, предавая самого себя, человек может потерять чувство обладания устойчивым «Я».

Иначе говоря, авторитарное правление в семье и обществе создает благоприятные условия для формирования полных страха и тревоги садистических личностей. Это исторически доказано опытом тоталитарных государств – Германии, СССР и других. Но поскольку даже в демократических странах Запада авторитаризм в семьях, на частных предприятиях, в армии и полиции сохраняет сильные позиции, производство и воспроизводство садистов везде идет весьма успешно.

Зависть является одной из причин садизма и соответствующих этому типу характера насильственных действий. Как сложный эмоционально-когнитивный комплекс и переживание, зависть включает сильный агрессивный компонент. Агрессия является ведущей составляющей зависти. Последняя – широко распространенное и, по-видимому, общечеловеческое явление. Завидуют друг другу коллеги по профессии, преследуют и терроризируют преуспевающих, с садистическим ликованием стремясь «истолочь их в ступе». Чрезвычайной интенсивности достигает зависть в области политики. Завидуя успехам друг друга, политики нередко совершают садомазохистические действия. Есть, по-видимому, и половые различия в зависти и по поводу предмета этого переживания. Женщины завидуют друг другу из-за любви, богатства и других ценностей, порой буквально уничтожая друг друга морально и физически. Зависть всегда вызывает соперничество.

Иррационализм поведения, субъективизм взаимооценок и самооценок, нежелание и неспособность понимать состояние другого человека и т. п. – широко распространенные явления. Систематические преследования даже без физической агрессии – настоящий психологический садизм. Многие охотно берут на себя роль преследователей-садистов.

Формированию садистов способствует также бедность психической жизни человека, отсутствие общения и простых человеческих радостей.

Когда социальная группа и ее лидеры не одобряют садизм ее членов, соответствующие черты характера и поведения могут временно подавляться. Поведение людей начинает детерминироваться другими мотивами.

Разновидности садизма

В исследовании садизма наблюдались две крайности. Одни исследователи, например Зигмунд Фрейд, объясняли садизм целиком и полностью только сексуальными причинами, другие же, более ранние авторы, наоборот, эту связь вообще не видели. Первая линия исследований идет, конечно же, от маркиза де Сада, который страдал этим нарушением и описал его в своих литературных произведениях.

Современную и, по-видимому, наиболее адекватную концепцию садизма разработал Эрих Фромм, который различал два основных вида садизма: сексуальный и несексуальный.

  • Сексуальный садизм является одной из наиболее часто встречающейся перверзией человека. Это извращение распространено во всем мире, среди всех народов. От своих агрессивных действий садист переживает сексуальное возбуждение и наслаждение. Когда данный тип садиста имеет дело с женщиной, то пытается причинить ей физическую боль и унижение, стремясь полностью подчинить своей воле.

У разных садистов доза жестоких действий, необходимых для сексуального возбуждения, различна. Иные же удовлетворяются уже только садистическими фантазиями.

Сексуальный садизм известен давно, но первое его научное описание дано немецким психиатром XIX века Р. Крафт-Эбингом. Любопытно, что крайние типы сексуальных садистов появляются вновь и вновь и во всех обществах, хотя не везде о них принято говорить открыто.

Известно, что в нормальной половой жизни мужчина удовлетворяет не только свои сексуальные, но и агрессивные желания. Действуя совместно и сочетая в своих действиях агрессию и секс, оба партнера получают удовольствие. Но если один из них является агрессором, а другой – неагрессивной жертвой, то удовлетворение получает главным образом агрессор. Крайним случаем этой разновидности половых отношений является взаимодействие сексуального садиста со своей жертвой.

Приведем несколько случаев сексуального садизма, о которых сообщения появлялись в печати в течение последних нескольких лет.

«Лишили людоеда и жизни, и обеда» – заметку под таким названием вместе с фотографией сексуального садиста опубликовала одна из газет. Вот эта коротенькая заметка.

«Голубоглазый блондин Джефри Дамер полтора года назад был приговорен к 15 пожизненным тюремным заключениям судом штата Висконсин. Дамер в течение 13 лет убил 17 человек, при этом предварительно истязал свои жертвы. Проходил он и по статье о каннибализме.

Однако Дамеру не удалось отсидеть за решеткой ни один из своих пожизненных сроков. Заключенные тюрьмы строгого режима насмерть забили Дамера деревянными дубинками».

Другой пример сексуального садизма: Карла Фей Таккер «…с малолетства стала проституткой и наркоманкой, как и ее мать. “Мы обменивались с мамой наркотиками, как губной помадой”, — говорила она. В июне 1983 года она вместе со своим любовником, неким Даниелем Райаном Гэрретом, находясь в состоянии наркотического дурмана, зверски убила киркой влюбленную парочку – Джерри Линна Дина и Дебору Торнтон. На суде она призналась, что, нанося удары несчастным, она “испытывала сексуальное удовлетворение”. Суд приговорил ее вместе с Гэрретом к смертной казни, а совершенное ими преступление вошло в историю Техаса как “одно из самых ужасных”, хотя Техас вообще трудно удивить преступлениями».

У определенного числа людей сексуальный садизм создает непреодолимое влечение к преступлениям против личности. О целой серии таких патологических случаев рассказал Леонид Млечин в заметке «Садовник-любитель, офицер полиции и другие маньяки».

Приведем отрывки из этого материала.

«Американский город Новый Орлеан в шоке. Полиция признала, что в городе действует так называемый серийный убийца. Считается, что он убил 24 человека. Причем полиции – редкий случай – известно имя подозреваемого. И это имя внушает страх, потому что подозреваемый – полицейский.

За последние четыре года в городе были найдены трупы 17 черных женщин, двух белых женщин, четырех черных мужчин и одного белого. В основном это проститутки или наркоманы. Все они были найдены голыми; их сначала задушили, потом утопили. Полиция пришла к выводу, что все это работа одного и того же убийцы.

Но доказательств у полиции пока нет, хотя несколько человек заявили, что этот полицейский преступник — Виктор Г. Причем в городе говорят, что Виктор и его друзья собирают дань с проституток и торговцев наркотиками в своем округе…

Серийный убийца – обычно это сексуальный маньяк. Это не обычный преступник.

Он не грабит своих жертв. Он как бы не корыстен. Ему доставляет удовольствие сам процесс совершения преступления. Когда их ловят, они обычно во всем признаются.

Сексуальные маньяки – это преступники, которых люди действительно боятся. Это те, кто нападает в основном на женщин и детей, насилует их и убивает. Он тщательно выбирает жертвы и почти никогда не попадается на месте преступления.

По мнению ФБР, в Америке одновременно действуют от 10 до 50 серийных убийц. Одного из них сейчас судят. Речь идет о некоем садовнике Джоэле Р., которого соседи знали как замечательного знатока растений. «Его арестовали случайно. Мущину остановила дорожная полиция. Во время осмотра автомобиля полицейские почувствовали странный запах и обнаружили труп женщины. Водитель – Джоэль Р. – не стал отпираться. Он признался, что это труп проститутки, которую он задушил». Этот человек с болезненным удовольствием говорил о своих преступлениях. Во время первого же допроса он рассказал полицейским, в каких районах Нью-Йорка лежат трупы тех 16 женщин, которых он убил за три года. Он любил оставить себе на память что-нибудь о каждой из своих жертв – кредитные карточки, водительские права, серьгу, лифчик и т. п. Но удивительнее всего то, что «он казался им обыкновенным и в высшей степени положительным человеком».

Это и есть самое страшное в историях с серийными убийцами. Обычный случай: преступник, который ведет тайную сексуально-уголовную жизнь, свершив преступление, ведет обычную жизнь, часто имеет семью и ничем себя не выдает.

Такие сексуальные маньяки существовали всегда и во всех странах…

В 1980 году американец Джон Уэйн Гэйси был обвинен в убийстве 33 человек. Его жертвами становились молодые мужчины и мальчики. Считалось, что это самый страшный убийца в истории США.

Но затем появился еще более изощренный серийный убийца, которого полиция штата Вашингтон именует “убийцей с Зеленой реки”. С 1982 по 1984 год он совершил, по данным полиции, 37 убийств. Затем преступления внезапно прекратились. Но полиция не знает, мертв ли убийца, уехал куда-то, или просто лег на дно».

Одно спорное утверждение о таких людях встречается не только у журналистов, но даже в трудах специалистов. Л. Млечин писал:

«До и после совершения преступления такой преступник почти ничем не отличается от нормальных людей. Поэтому сексуальных маньяков так трудно найти». Это весьма спорное утверждение, его неубедительность ясна и для автора, который продолжает:

«Да нормальный ли человек такой маньяк? Может быть, это сумасшедший? Может быть, но если такого преступника все-таки ловят, врачи-психиатры оказываются в трудной ситуации. С одной стороны, убийцы отдавали себе отчет в том, что они делали. Серийные маньяки хитры и изобретательны. Они не убивают на хорошо освещенной улице в присутствии свидетелей. С другой стороны, цепь бессмысленно жестоких убийств свидетельствует о том, что убийца явно умственно неполноценен. Признанных невменяемыми лечат в специализированных учреждениях. Признанных вменяемыми казнят».

Но стоит полагать, что у таких людей в познавательных процессах, ценностных ориентациях и эмпатии должны присутствовать тонкие нарушения, для обнаружения которых нужны специальные методики.

Жестокие действия являются источником удовольствия для садиста, но они угрожают его партнеру. Поэтому, обсуждая проблему садизма, Э. Фромм возражает маркизу де Саду и Г. Маркузе, которые были сторонниками свободного выражения сексуального садизма. Поскольку, как доказано в психоанализе, многие желания человека иррациональны, вряд ли целесообразно придерживаться принципа свободного удовлетворения всех желаний.

Наличие у личности сексуального садизма говорит о том, что у нее сформирована садистическая структура характера, то есть она имеет сильнейшее желание властвовать, контролировать, унижать других людей. Фромм, безусловно, имел в виду, что крайняя и самоценная жестокость является ведущей чертой характера такой личности, причем в такой степени, что остальные черты или подчиняются ей, или подавляются ею, или же обслуживают ее.

Приведем исторический пример сочетания жестокости с сексуальными извращениями. Султан Баязид I, правитель Османской империи, отличался крайней жестокостью. Известно, что его отец, Мурад I погиб в бою на Косовом поле, в Сербии. Там же, после победы, как старший сын умершего, государственным советом Баязид был провозглашен султаном. Первым его поступком в качестве правителя империи было умерщвление своего младшего брата Якуба путем удушения. А ведь этот брат командовал флангом во время сражения и пользовался уважением солдат. Затем Баязид организовал массовую резню христиан, истребив, в частности, всех сербских князей, участвовавших в бою.

Оказывается, он был одновременно сексуальным извращенцем. В труде одного историка-туркофила есть строки: «Между кампаниями он предпочитал предаваться чувственным наслаждениям, ничем не ограниченному обжорству и пьянству и не отказывал себе в различных формах разврата с женщинами и мальчиками из своего гарема. Двор Баязида, прославившийся своей роскошью, вполне мог соперничать с роскошью византийского двора в период расцвета. При всех этих эксцессах Баязид отличался глубокой религиозностью. Он соорудил для себя небольшую келью на крыше своей мечети в Бурсе и на долгое время погружался в состояние мистического уединения, затем беседовал с богословами из своего исламского окружения».

Эти факты показывают, что султан Баязид был сексуальным садистом, странным образом сочетая в себе также религиозность. Это выглядело бы парадоксом, если бы не человечество не знало, что ислам поощряет жестокость.

У султана Баязида были также акцентуированные черты характера:

  • он был слишком гордый;

  • слишком импульсивный;

  • слишком жестокий;

  • имел слишком высокое мнение о себе;

  • слишком ненавидел христиан;

  • был чрезмерно упрямым и т. п.

Человек с патологическим характером решал крупные политические вопросы, и последствия его преступных деяний до сих пор оказывают влияние на судьбы сербского и других славянских народов. Как ни странно, политические наследники деспота находят поддержку у руководителей ряда христианских государств.

Сильнейшие импульсы властвовать, подавлять и контролировать других влияют на сексуальные желания человека. Известно, что такие несексуальные мотивы, как влечение к власти и богатству, а также нарциссизм, возбуждают сексуальное желание человека. Фромм утверждает, что «ни в одной другой сфере поведения характер личности не проявляется так ясно, как в сексуальном акте», поскольку сексуальное поведение спонтанно, оно является результатом обучения в минимальной степени.

В сексуальном поведении выражаются любовь, нежность, садизм или мазохизм, алчность, нарциссизм, тревоги личности, фактически каждая существенная черта его характера.

Э. Фромм критикует ту точку зрения, согласно которой выражение садизма в сексуальных действиях уменьшает деструктивные тенденции людей. «Ну что же, подобные рассуждения вполне логично было бы завершить таким выводом, что надзиратели в гитлеровских концлагерях могли бы вполне благосклонно и дружелюбно относиться к заключенным, если бы у них была возможность получить разрядку для своих садистических наклонностей в сексе».

  • Несексуальный садизм – это уже крайняя форма агрессивности без ее связи с сексуальным желанием. С незапамятных времен жертвами людей с таким садизмом становились все слабые и незащищенные люди: пленники, рабы, дети, очень часто – также животные.

Приведем пример несексуального садизма, который хорошо иллюстрирует его природу. Во время Великой Отечественной войны против фашистской Германии и ее сателлитов сержант Советской Армии Артавазд Адамян попал в плен к немцам. Вот что он рассказал годы спустя писателю Зорию Балаяну: «Немцы, требуя от меня, попавшего к ним в плен, данных о расположении наших частей и не получив ответа, начали методично и, я бы сказал, со знанием дела, истязать меня. Они словно растягивали “удовольствие”. И я тогда подумал: слишком уж точно следовали немцы урокам своих учителей – организаторов геноцида армян, главарей Османской Турции. Так же поступали со своими жертвами и турки в пятнадцатом году, они действовали теми же методами. Меня даже не удивило, что у них не где-нибудь там в гестапо в тылу, а на фронте была специальная “заготовка”: железный прут со звездой на конце. Накалив его на огне, немец сначала приложил “форму” к предплечью правой руки.

Я молчал. Через некоторое время раскаленная добела звезда была приложена к другой руке. Потом уж – ко лбу. И лишь потом они стали острым ножом отрезать пальцы левой руки. Причем они заставляли меня непременно смотреть на процесс пытки. Стоило мне только отвернуться, как следовал удар по лицу. В одном я видел свое спасение. В смерти. Но судьба распорядилась иначе. В землянку вбежал немецкий солдат и что-то сказал офицеру. Тот стремглав выскочил на улицу. За ним выбежал и солдат-палач. Они были явно чем-то встревожены. И, конечно, были уверены, что я уже не то что полумертвый, а самый что ни на есть мертвый человек. Может, поэтому на миг забыли обо мне. И этого мига было достаточно. Схватил автомат. Две гранаты.

Дорога была открыта. После двух взрывов у входа в блиндаж я вскочил и, к счастью, ни одна вражеская пуля не достигла цели. Собственно, они слишком поздно спохватились… Вот такова история моя…».

Страшные примеры садизма зафиксированы в исторических трудах, описывающих захватнические войны тюркских и монгольских орд в завоеванных странах. В частности, армянская и византийская историография полны трагических описаний массовой резни детей, женщин и стариков, а также пленников во время походов турецких султанов. Этноцид армян, греков, ассирийцев и других наций и этнических групп, живших в пределах Османской империи – вопиющие примеры разгула садизма.

Садизм всегда был свойствен многим, в том числе тюркоязычным народам. Он проявляется в постоянных войнах с другими народами, но есть примеры того, что вожди этих племен использовали садистические методы и в борьбе друг против друга, во внутриэтнических отношениях.

Вот какой интересный пример приводит Л. Н. Гумилев в одной из своих книг. Предыстория этого случая такова: когда Темуджин был избран монгольским ханом и принял имя Чингисхан, у него сразу же появилось много заклятых врагов. Одним из них был Джамуха. Между ними возникла война, во время которой и совершались страшные садистические деяния, причем по отношению к сородичам, представителям той же этнической группы. Гражданские войны бывают особенно жестокими, феномен, который требует пристального внимания психологов и психоисториков. Л. Н. Гумилев пишет:

«У Чингисхана было тринадцать куреней, которые он тоже вывел в поле. Джамуха опрокинул строй чингисовцев, но те отошли в ущелье Изерен при Ононе. Джамуха не штурмовал ущелье, но безжалостно расправился с пленными. Семьдесят юношей из рода Чонос он велел сварить в котлах, а своему бывшему соратнику – Чахан-ува – отрубил голову и привязал ее к хвосту коня. После этих сомнительных подвигов он вернулся домой».

В последние десятилетия в США проводились специальные научные исследования с целью выяснения масштабов распространения различных форм садистических действий по отношению к детям. Оказалось, что жертвами садизма чаще всего становятся дети и подростки до 16-летнего возраста, то есть в том возрасте, когда они зависимы и беззащитны.

Несексуальный садизм, в свою очередь, бывает физический и психический. Психический садизм личности выражается в различных формах словесной агрессии. Это оскорбление личности словом – замечанием, критикой, некорректным и неуместным вопросом. Но такой садизм может выражаться и в невербальных формах коммуникации – в улыбке, смехе и различных экспрессивных выражениях.

Все эти разновидности психического садизма наиболее эффективно оскорбляют и унижают человека, когда применяются в присутствии других, публично.

Э. Фромм приводит ряд примеров из жизни Сталина, показывая, каким образом этот жестокий деятель применял физические и психические садистические действия к разным людям.

Об этом в настоящее время уже имеется обширная литература на русском языке.

До того как дать приказ об аресте человека, он обычно выказывал своей жертве знаки подчеркнутого внимания и даже симпатии, поэтому арест, в силу своей неожиданности, воздействовал особенно глубоко и болезненно.

Сталин приказывал арестовывать жен и детей высших партийных и государственных деятелей и держал их в тюрьмах и концлагерях, в то время как эти работники должны были «нормально» продолжать свою службу и даже встречаться с ним. И они работали, не рискуя что-либо просить ради своих родных и близких людей.

Например, жены Калинина, Молотова и Куусинена, а также сын последнего в 1937 году оказались в концлагерях. В присутствии других высших должностных лиц Сталин однажды спросил Куусинена, почему не хлопочет за освобождение сына? Этот «храбрый» деятель ответил, что, по-видимому, имеются веские основания для его ареста! Сталин ухмыльнулся и приказал освободить сына этого отважного партийного деятеля. Для психолога здесь интересно все, но особенно тот факт, что человек даже в самых трагических ситуациях сочиняет оправдания, чтобы сохранить свою положительную самооценку. В данном случае Куусинен сочинял рационализации в пользу Сталина. Если внимательно присмотреться к фактам, можно убедиться, что данный механизм психологической самозащиты очень широко используется во взаимоотношениях руководителей и подчиненных.

Сталин однажды приказал арестовать жену своего личного секретаря, который, тем не менее, должен был продолжить свою работу. Такие люди или имели очень низкий уровень личного достоинства и самоуважения, или же морально до такой степени были деградированы, что уже не сопереживали даже своим близким людям, ставшими жертвами Сталина и КГБ. Так, Лазарь Каганович не возражал против ареста своего брата Михаила, который, согласно сочиненной Берией и Сталиным версии, был связан с фашистами. При очной ставке с провокатором в кабинете А. И. Микояна Михаил Каганович вошел в туалет и выстрелом из пистолета покончил с собой.

Действия Сталина часто бывали неожиданными для других. Арестовав и некоторое время истязав человека, он мог затем освободить его и вновь назначить на высокую должность.

Эрих Фромм и другие исследователи считают Сталина несексуальным садистом. Но такой вывод нельзя считать окончательно доказанным. Когда Р. Медведев и Э. Фромм писали свои книги, многие факты личной жизни Сталина, его взаимоотношений с женщинами, не были еще известны. Новые исследования могут показать, что он, по-видимому, принадлежал к смешанному типу садистов: он был одновременно и сексуальным, и несексуальным садистом. Почему-то молчаливо предполагается, что названные разновидности садизма не могут сочетаться в одной личности. Такое предположение является недостаточно обоснованным. Теорию садизма надо развивать таким образом, чтобы она охватывала все больше фактов реальной жизни.

Садизм – крайняя, сознательная и целенаправленная жестокость, целью которой является не достижение каких-либо результатов, а получение наслаждения и удовлетворение от причинения страданий (и смерти) другим. Ошибочно полагают, что садизм тесно связан с агрессией, что на самом деле не так. Далеко не все садисты являются конституционно агрессивными людьми, психологическая экспертиза зачастую не выявляет выраженных агрессивных наклонностей. В тоже время не все агрессивные люди являются садистами в психологическом смысле слова.

Итак, садист – это человек, получающий удовольствие от причинения страданий другим людям, а также – животным. Садистические действия, являющиеся источником удовольствия для подобных людей, приводят к дискредитации таких социальных ценностей как свобода личности, неприкосновенность, ценность жизни, достоинства и психологического благополучия других людей.

В то же время нельзя сказать, что этих ценностей у садистов не существует, условно говоря они «неправильно работают». Применительно к самому себе такой человек констатирует важность названных ценностей, применительно к другим – просто не использует их.

Психологические концепции

В первой половине 19 века француз Бове П. показал, что жестокость по отношению к другим может быть двух типов.

Первая связана с так называемым инстинктом драчливости и скорее является охранительным рефлексом, когда жестокость, направленная против других людей, в своей основе имеет базовое желание выжить. Здесь как раз можно говорить о связи агрессии, жестокости и, вероятно, страха.

Вторая форма жестокости – собственно садистическая, не связанная с «выживанием», но стоящая на эгоистической потребности в самосохранении. Такие люди боятся и избегают любых страданий – как физических, так и психологических.

Долгое время садизм считался исключительно сексуальным феноменом, который относится к области психиатрии, однако сегодня очевидно, что такая абсолютизация ошибочна.

Эрих Фромм, говоря об основных чертах садизма, выделил следующие характеристики:

  1. Тяга к установлению тотальной власти над живыми существами через унижение, оскорбления, «овеществление» и превращение людей в собственность, занимая по отношению к другим позицию «бога». При этом садист способен согласовывать свои действия с желаниями других людей, если такое согласование принесет ему определенный успех и поможет установить власть над другими. Но в большинстве своем садизм – это недоброжелательное, унизительное и издевательское явление. В личностях: Нерон и Калигула, а из относительно «молодых» — Гитлер и Сталин.
  2. Жестокость является смыслом и стилем жизни таких людей. Это основной инструмент в решении жизненных задач.
  3. Цели установки на садизм заведомо недостижимы. Почти всегда жестокость приводит к одиночеству и изоляции человека, садизм – это красная ковровая дорога в безумие.
  4. Садизм является социально значимым феноменом (!). Жестокие лидеры, добиваясь успехов (в роли полководцев, например) становятся героями в глазах общественности, а потерпевшие фиаско – сумасшедшими преступниками.
  5. Каждый из нас имеет власть над кем-то, следовательно, каждый из нас имеет возможность использовать садистические способы влияния.

Особого внимания заслуживает идея, что садизм напрямую связан с властолюбием и использованием приоритетов властителя.

Причины развития и группы риска

Однозначные причины не известны, однако принято считать, что в большей степени проявления садизма свойственны людям с пограничными расстройствами личности, а также некоторыми психопатиями. В группу риска входят в основном люди, имеющие наследственную отягощенность схожими заболеваниями.

Простоя объяснение дает этому феномену бихевиоризм – жестокое поведение, подкрепляемое положительными стимулами (успех от действий, хуже – похвала) закрепляется и в дальнейшем может приводить к развитию тенденций к сознательному насилию.

В некоторых случаях говорят о том, что подобные явления есть форма патологической защиты (лучшая защита – нападение), развивающаяся на почве жестокости по отношению к себе.

Проявляются склонности к жестокости и садизму уже в младшем школьном возрасте, а открыто манифестируют в раннем подростковом возрасте.

В некоторых случаях условно-нормальные формы садизма находят выход в социально-приемлемых формах поведения: происходит сублимация агрессии и жесткости. В частности, многие врачебные специальности, военнослужащие обнаруживают при дотошном изучении склонности к садистическим действиям, однако их жестокость успешно была канализирована в одобряемые русла. Здесь встает вопрос о том, что определяет успех-неуспех преодоления своей жестокости.

Виды и симптомы

Сегодня не существует единых дигностических критериев садизма, да и подобного диагноза официально не существует ни в МКБ-10, ни в других классификациях заболеваний. Отсутствие единой основы для обозначения определенных действий и тенденций как садистических приводит к распространению этого явления на схожие с ним состояния (опять же – реактивная агрессивность).

Мы будем опираться на два важных фактора при классификации садистических наклонностей – это объектная направленность (кто является целью жестокости) и классический критерий сексуальности.

Итак, условно можно разделить это явление на две крупных группы:

  • сексуальный – классическая трактовка садизма, связанная с причинением боли и страданий с целью получения сексуального удовольствия;
  • несексуальный – явление садизма, связанное больше с унижением, давлением и причинением страданий как самоцелью, но без привязки к сексуальному возбуждению.

Учитывая объекты воздействия, можно выделить необъятную группу форм садизма, однако нас будут интересовать только «популярные» формы патологии:

  • психологический садизм;
  • некросадизм;
  • зоосадизм.

Обратим внимание, что далее последует описание патологических случаев и проявлений, находящихся далеко за гранью нормы. Для некоторых групп читателей нижеизложенный материалы могут оказаться неприемлемыми.

Итак, начнем с психологического садизма, поскольку это явления самое неопределенное по критериям оценки. Его суть заключается в том, что физическая жестокость подменяется психологической, таким образом принимая более социально приемлемый вид. Здесь стремление установить власть, запугать и доминировать над человеком реализуется через давление на «больные зоны» человека. Нередко заметно проявление психологического садизма в отношениях, где уже присутствует какое-то подчинение. Например, небезызвестны случаи, когда учителя доводили до отчаянья и попыток самоубийств учеников, используя лишь «косвенные» методы воздействия.

Нередко психологическая форма садизма расцветает в со-зависимых отношениях, также, как это происходит при нарциссизме. Один добровольный «страдалец» становится заложником отношений, где граничащие с патологией тяга к подчинению у одного и садистические склонности другого играют роль дополняющих друг друга симптомов.

Главный критерий здесь – это сознательное (или почти) причинение страданий другому человеку, исключая этот фактор мы рискуем под эту гребенку подвести другие явления, вроде нигилизма, цинизма и даже прочие асоциальные расстройства.

Другое явление – это некросадизм или садистическая некрофилия. Она выражена во влечении к осквернению и издевательству над трупами, чаще – людей. Может сопровождаться сексуальным влечением к умершим. Расчленение трупов, а чаще всего – отделение молочных желез и половых органов сопровождает удовлетворение патологического влечения. Исторический пример – Джек-Потрошитель, Чикатило. Зачастую такие действия связаны предварительным убийством.

В крайней своей форме садистическая некрофилия называется Бертанизмом – по имени человека, действия которого были описаны в связи с этим нарушением. Бертанизм проявляется в тотальном влечении к умершим вне зависимости от пола и возраста, в том числе и к трупам животных, действия больных направленны на истязание и расчленение тел умерших, которые могут сопровождаться половым возбуждением, однако сексуальное удовлетворение не является самоцелью в действиях больных.

Иногда такие грубые нарушения встречаются в рамках психопатий, а также могут сопровождаться и другими малоприятными явлениями. В частности, Бертанизм нередко сопряжен с каннибализмом и трупоедством.

И наконец – зоосадим, который в последнее время становится серьезной проблемой среди подростков. В двух словах это явление можно описать как сознательное издевательство над животными.

Лечение

Как правило, речь о лечении заходит в случаях, когда человек проходит уже судебно-психиатрическую экспертизу по причине совершения преступлений, связанных со своим нарушением. В основной арсенал лечения входят мощные психотропные препараты, психотерапия чаще занимает второе место в данном курсе лечения.

В то же время проявляющаяся у подростков тенденция к жестокости может быть успешно скорректирована в рамках психотерапии, однако предварительно стоит исключить психиатрические диагнозы из списка возможных причин. Если причины лежат в отношениях, семье, условиях жизни – то велика вероятность успеха при психотерапевтической интервенции, если же диагностируются расстройства личности, на фоне которых развивается садизм, то в первую очередь требуется стационарное лечение и длительное (и даже пожизненное) наблюдение.

Автор статьи: Борисов Олег Владимирович, психолог развития

МУЖСКАЯ И ЖЕНСКАЯ СЕКСУАЛЬНОСТЬ

До тридцати мужчине органична сексуальность, женщине — эротика; после тридцати они меняются ролями. Для гармонии мужчине нужно подняться над временем, женщине — над полом.

Когда женщина говорит: «Не надо», это часто означает «Да». Когда мужчина говорит: «Не надо», это почти всегда означает: «Я страдаю».

Если женское сексуальное желание напоминает предгрозовую тишину, то мужское желание — это молния.

Только мужское желание по-настоящему освобождает женское, но без женского желания мужского вообще не существовало бы.

Искренне борющиеся с вожделением и сладострастием забывают, что вожделение и сладострастие нельзя побороть; их можно только возвысить.

Сексуальность мужчины определяется его физиологией, сексуальность женщины — ее эротикой.

Сексуальная привлекательность женщины — стройная округлость.

Проникновение в психологию женщины возбуждает истинного мужчину больше, чем проникновение в вагину.

Эрекция интеллекта не менее важна, чем эрекция фаллоса.

Входя в женщину, многие мужчины представляют себя Богом, выходя — дьяволом. Возникает чувство вины, спрятанное так глубоко, что ускользает от осознания. Освобождение от этой вины — в освобождении от восприятия женщины как запретного плода.

Замкнутая на себя сексуальность сладостно углубляет отчуждение полов.

Главное отличие сексуальности мужчины от сексуальности женщины в том, что женщина в сексе стремится сохранять, а мужчина — вторгаться.

В даосской культуре секс становится условием долголетия. Это превращает секс в средство продления не рода, а собственного Эго. Причем преимущественно мужского. Женщина в даосской культуре играет вспомогательную роль — значительно меньшую, чем роль «ИНЬ» в метаантропологической паре «ИНЬ-ЯН». В результате традиционное даосское долголетие становится бесконечным старческим пребыванием мужчины. Культ Старости вместо культа Вечной Молодости — вот неизбежная расплата за унижение женского начала.

Когда мужская сексуальность унижает женщину, она унижает сексуальность. Для того, чтобы физически соединиться с женщиной, мужчина должен напрячь свой сексуальный орган, а женщина расслабиться. Но для достижения этого мужчина должен быть психологически расслаблен, а женщина — натянута как струна, издающая звуки, которые возбуждают мужчину. Так секс мужчины и женщины становится возможным при изменении ролей на уровне эроса.

Подлинное сексуальное возбуждение означает расслабленность мужчины как душевность и напряженность женщины как порыв к духу.

ТАЙНА САДИЗМА И МАЗОХИЗМА

Женская сексуальность всегда умеренно мазохистична, а мужская — умеренно садистична. Но преступление меры разрушает и мужскую, и женскую сексуальность.

Садизм и мазохизм относительно безопасны в сексе и абсолютно разрушительны в эросе.

Даже в умеренных дозах садизм и мазохизм в эросе деформируют личность.

Из двух играющих в садизм и мазохизм один всегда является серьезным.

Только личность, гармонически соединившая мужское и женское, избавляется от демонических соблазнов садизма и мазохизма.

Симбиоз садиста и мазохиста порождает настолько глубокое наслаждение плоти, что оно разрушает личность.

Садизм есть тень мужской агрессивности, мазохизм — женской покорности.

Агрессивность и покорность начинают отбрасывать тени, когда наступает упоение агрессивностью и покорностью.

Безграничный садизм и мазохизм, которые подчинили себе сексуальность и вышли за ее пределы, представляют собой тупиковые ветви эволюции мужского и женского.

Последовательный садизм становится мазохизмом, последовательный мазохизм — садизмом. Садист относится к себе как объекту, безоговорочно властвующему над Другим как объектом; в ходе властвования личность садиста все более сворачивается.

Упоение этим сворачиванием мазохистично по своей природе.

Мазохист относится к себе как объекту, отдающемуся воле другого. Боль, возникшая в этом случае, не самоценна, а вторична по отношению к подчинению.

Подчиняя другого в пространстве физической и психологической боли, садист наносит себе глубинно-личностные раны. Он становится садистом по отношению к себе, а затем и мазохистом.

Подчиняясь другому, мазохист провоцирует разрушение его личности. Мазохист несет ответственность за то, что порождает садиста.

И садизм, и мазохизм инфантильны по своей природе. Садизм и мазохизм вырастают из корня жалости к себе. Садист реализует жалость к себе, разрушая свободу другого, мазохист — разрушая свою свободу. А потом они меняются местами.

Разрушая другого, садист разрушает себя; разрушая себя, мазохист разрушает другого.

И садист, и мазохист могут направить свою энергию исключительно на себя. Тогда возникают аутосадизм и аутомазохизм.

Аутосадизм — это устойчивое стремление причинять себе боль без получения наслаждения.

Аутомазохизм — это стремление самостоятельно причинять себе боль, приносящую наслаждение.

Причины аутомазохизма коренятся в физиологии и психике; причина аутосадизма экзистенциальна — это поиск истины, отчужденной от добра. Классическим аутосадистом был Ницше.

В отличие от аутомазохиста, аутосадист ждет жалости в ответ на свою боль.

Аутосадист пытается болью вытеснить одиночество.

Наиболее страшными маньяками могут быть мужчины и женщины, зараженные аутосадизмом.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *